К концу зимы я созрел, как личность и фанат, полностью. Скажем так, был политически грамотным в той атмосфере, в которой вращался. Знал всё о «Зените»: историю клуба, об игроках, о фан-движении в Советском Союзе. Мне не хватало одного: выездов по другим городам. Не для галочки, а для себя самого (определённый вес в фанатских кругах я уже имел). За межсезонье у меня появились новые товарищи: Лёша Утов (Сапог), Игорь Ануфриев (Гном), Коля Бобров (Кабан), Коля Рыбин (Никотин). Мне хотелось больше с ними общаться, - от общения с ними я получал положительные эмоции, а на выезде всего этого предостаточно.

 

К началу сезона мне было тринадцать с половиной лет. (Это сейчас паспорта выдают в 14, а тогда только с 16-ти). Получил на руки в канцелярии школы ученический билет с фотографией, - всё-таки документ. Плюс льгота на проезд по ж/д со скидкой 50%. Для своего возраста я был акселератом: рост, как и сейчас, 188см, вес где-то 90 (поесть я любил). Небольшие, но усики над губой. В общем, выглядел гораздо старше своего возраста, да и смекалка с сообразительностью присутствовали. Если вы читаете эти строки моих воспоминаний, которые отложились до мелочей, по прошествии тридцати лет, не в детской голове, а уже в мозгу сложившегося человека, - это что-то доказывает.

***
Моя выездная эпопея началась с выезда в Москву на матч баскетбольных клубов ЦСКА - «Спартак» Ленинград. Мы с Игорем Кассиром купили билеты в кассах на канале Грибоедова за пару дней до отправления. ( Впоследствии, в этих кассах предварительных продаж проходило множество стрелок для совместных покупок билетов на выезда). Итак, в путь! С нами в одном вагоне ехал Коля Рыбин (Никотин). Мы с Кассиком выпили бутылочку вина на двоих и стали прикалываться над ним. Коля был помешан на ленинградском спорте: сверяясь по газете «Спортивная неделя Ленинграда», он каждый день ходил по любым соревнованиям, и крышняк у него немного съехал. А так - прикольный мужик, безобидный. Очень много курил папирос «Беломор» , одну за одной, - Никотин, одним словом. Мы с Игорем спрашиваем его в шутку: « Колян, ты чего с собой из «мясного» взял?» Спрашивали про атрибутику, потому что он, как и мы, ехал в сине-бело-голубой розе. А он шутку не понял и давай перечислять, что у него в сумке лежит: колбаса, тушёнка. Мы немного вдетые от вина, и нам это слушать было прикольно. Он и сам выглядел забавно, а когда парился, - вообще «туши свет». Но догнав, о чём мы его спрашиваем, полез в сумку и достал кусок материи треугольной формы, как пионерский галстук. Он и был на половину пионерским, а вторая половина отрезана, похоже, от простыни, и обе сшиты вместе. Мы с Кассиром вообще со смеху покатились, даже сидеть не могли: поездка переставала быть скучной и утомительной.

Когда подъезжали к Москве, смотрели в окно: всё-таки первый выезд, всё интересно, и как поездка сложится - неизвестно. До вокзала, на всём протяжении города, все стены домов и заборы были расписаны эмблемами клубов: спартачи, динамики, армейцы. Каждый творец свой клуб превозносил, а чужой обливал помоями. Нам же с Игорюхой всё это было весьма интересно.

Выйдя из поезда, нам сразу бросилось в глаза, что Питер гораздо ухоженней и уютней Москвы. Подождали другие составы с нашими фанами. Собралось 23 человека, - по тому времени это было солидно, тем более на баскет. Среди тех, кого помню, были: Беломор, Дед, Баскетболист, Контуженый, Гном, Левинсон, Весёлый, Мячик, девушки Ира и Лена; у каждого была своя культурная программа пребывания в столице. Отстояв очередь за напитком «Фанта» по 20 копеек за стакан, которая продавалась только в Москве, и, испив её, - разбрелись по своим интересам.

Мы с Кассиром побродили по городу, нашли ФЛК ЦСКА, где будет проходить игра, отоварились билетами и решили поехать на вокзал, сдать сумки в камеру хранения. Выйдя из хранилища Ленинградского вокзала, пошли по центральному залу в сторону площади трёх вокзалов и увидели двух мужиков: невысоких, но здоровых и широких в плечах. Под одеждой явно просматривались розетки машинной вязки. У одного красно-белая, а у другого сине-белая. Понятно: спартач и динамик. У нас с Игорем сине-бело-голубые розы (все наши питерские клубы понимали, что такой расцветкой мы поддерживаем их). Идём мы так навстречу друг другу и смотрим глаза в глаза, а сами с Кассиром думаем: где махаться будем? (Если будут наезжать). Понятно, что со спартаковцами, вроде, мир, а вот с динамиками вопрос не ясен. И те ли они парни, за кого себя выдают? Может, шифруются: такой тандем противоестественен. С такими мыслями мы и прошли мимо друг друга. Немного погодя оглянулись, - и они тоже. Получилось, как в песне Максима Леонидова: «мы оглянулись посмотреть, не оглянулись ли они, чтоб посмотреть, не оглянулись ли мы». Все остановились и пошли на сближение. Я подумал: вот и разборки начинаются, хорошо, что сумки сдали, мешать не будут. Но оказалось всё просто: мы познакомились и разговорились. Вполне нормальные парни, да и возрастом немногим старше нас, а плечи здоровые оттого, что занимаются штангой.

Погуляв по городу и пообщавшись, нам подошло время выдвигаться к стадиону. Парни поехали проводить нас до ФЛК; по дороге обменялись адресами и телефонами, чтобы переписываться и обмениваться программками с матчей (так многие поступали). У метро «Аэропорт» мы расстались, и если впоследствии контакт с динамиком не прижился, то с Лёхой Ананьевским (Фикс) мы переписывались и созванивались долгие годы, ездили в гости и по футболу и так. И нормально совместно проводили время с его друзьями: Железкой, Голубым, Глобусом, Строполем.

В обговоренное время встретились у касс ФЛК ЦСКА со всеми, кто приехал на матч. Плюс обнаружилось прибавление, в лице фаната московского «Спартака» по прозвищу Гестапо. Он был экипирован в сине-белую шапочку (с большим трафаретом с боку на белом: стрелка «Зенит») и в красно-синий армейский шарф. Пройдя довольно приличное расстояние до сооружения с баскетбольной площадкой, без проблем зашли внутрь, в вестибюле пообщались с игроками питерского клуба и заняли места на полупустых трибунах арены. На мой взгляд, на матче не было ни одного фаната ЦСКА. Никаких групп, с цветами клуба, не наблюдалось, и поддержки их клубу никакой не было. Впрочем, не было и ментов: игнор полнейший. Зато мы шизовали от души и очень грамотно. Но когда после игры мы вышли на улицу, то неподалёку увидели человек 60 армейских фанов в цветах своего клуба и с явно недружелюбными намерениями.

Баскетбольная площадка расположена в глубине парка на территории футбольно-легкоатлетического комплекса, и чтобы выйти на Ленинградский проспект, надо преодолеть через парк метров 500-800. Мы, не обращая внимания на армейцев, проследовали к цивилизации. Но и их группа последовала за нами, так же неспешно, как и мы. Расстояние, которое изначально составляло метров 200, постепенно стало сокращаться. Нашу группу возглавлял Гестапо, он дразнил армейцев и морально уничтожал, как хотел. А финальным свистком его извращений стал поступок, который запал мне в память очень отчётливо: Гестапо взял имеющуюся у него розу и с первого раза закинул её на электропровода, протянутые между столбами. И она повисла на них как ненужная, грязная, красно-синяя тряпка. Когда подошли к высотке на Ленинградском проспекте, расстояние между нами и преследователями сократилось до 70 метров. Один рывок армейцев и рукопашная обеспечена. Но, похоже, в этот день в их рядах не нашлось решительного лидера. Или, может, они искали подходящее место для прыжка, но повернув за угол дома, увидели группу, человек в 100, спартаковских фанов. Пожалуй, только Гестапо знал, кого можно увидеть за углом, а вот армейцы не предвидели такого поворота событий, впрочем, как и мы. Увидев незапланированные и превосходящие большей численностью трудности, красно-синие вернулись за угол дома, и больше мы их не видели. С фанатами «Спартака» мы дружно пообщались, прикололись над «конями», перекурили и отправились на вокзал.

Ничего интересного на этом выезде больше не происходило, но эмоций и впечатлений за поездку накопилось предостаточно. Вывод я сделал такой: шизовать в своём городе на родном стадионе - это совсем не то, что делать это, скажем так, на вражеской территории. Теперь осталось дождаться начала нового футбольного чемпионата и отправиться на выезд, болеть за любимый клуб. Календарь чемпионата по футболу 1982 года меня откровенно не порадовал. Да и на кубок СССР «Зенит» не вышел из группы, заняв 3-е место, хотя турнир проходил у нас в Питере, в СКК. В дальнейшем я буду описывать только наиболее значимые или прикольные моменты на моём пути поддержки ленинградского «Зенита».

***
Где-то в середине марта из Москвы мне позвонил Лёха Фикс. Я толком не понял, кто что предлагает из его знакомых, но смысл был таков: в Москве есть зенитовское знамя, и его готовы обменять на спартаковское. Договорились совершить обмен на матче открытия чемпионата в Питере между нашими клубами. ОК! Хотя красно-белого знамени у меня не было, но кое-какие намётки были. Уж очень мне хотелось новое знамя «Зенита»: хоть бери белую простынь и добавляй на неё красного цвета!

Недалеко от ЦПКиО располагался бассейн «Спартак», где над входом, на древке в штативе развевался настоящий, метр на полтора, флаг с ромбом (в последующие годы я ещё разок воспользовался «услугами» бассейна). Позвонив Кассиру и Кабану, предложил поучаствовать в афёре, они вписались. Подъехав часам к девяти вечера к бассейну, мы целый час безуспешно пытались достигнуть цели. Древко не было зафиксировано в штативе и нам не хватало самую малость, но «Спартак» в тот день устоял. Через день, вооружившись у знакомых пластиковой телескопической удочкой, очень редкой для той поры, я вечером подъехал один к бассейну. Не спеша раздвинул удочку, дождался, когда рядом никого не будет, быстро подошёл к входу, прицелился удочкой в штатив, вытолкнул из него древко со знаменем, подхватил на лету трофей и быстро слился в сторону метро. Оставалось дождаться приезда Фикса, совершить обмен, и на секторе, в моих надёжных руках, на одно знамя будет больше.

На свой первый выезд фанов «Спартака» приехало несколько сотен, для тех лет впечатляет. (Сразу хочется сделать пояснение для тех, кому лень посчитать. Для фанов московских клубов некоторые выезды не превышают расстояние до МКАД, а любой дальний выезд, по сравнению с питерскими суппортёрами на 650 км короче, а во временном и финансовом контексте это большая разница). Прозевав прибытие поезда с Фиксом на борту, я из дома поехал к СКК, где должен был состояться поединок. Кассы комплекса были закрыты, а часть площади перед ареной занимали фаны в красно-белом, которые грелись, прыгая под музыку группы «Оттован», очень громко доносившуюся из большого импортного магнитофона. Я так и не обнаружил своего товарища среди большого количества москвичей. А представив, сколько их ещё гуляет по городу, музеям и общепитам, понял: когда все соберутся на трибуне - это будет нечто.

В Питере с Лёхой мы так и не встретились – слишком уж много ментов оберегало гостей на стадионе, по дороге к метро и на вокзале. Позже мы созвонились и забили стрелу на 11 мая в Москве, на матч ЦСКА - «Зенит». Хотя этот выезд в мои планы совсем не входил (в конце апреля я собирался на выезд в Минск), но флаг тянул в столицу как магнит, - значит поеду на оба матча. Оставалось решить технические вопросы с родителями. Минск считался дальним выездом, и я первый раз поехал с благословения родителей. Мама сказала, что это будет моя первая (ха-ха, а на баскет?) и последняя поездка. Знала бы она как ошибалась, и что впредь будет говорить мне каждый раз то же самое.

За 80-е годы я накатал больше полусотни выездов. Два раза мама подавала во всесоюзный розыск, оплачивая по 145 рублей, - приличные деньги. Лучше мне хотя бы часть давала (шучу). Я вообще старался не брать у матери деньги на выезда. Главное, мне было надо, чтобы она меня официально отпускала. Спонсирование моих поездок исходило от бабушкиных накоплений, трёх- и пятирублёвок на карманные расходы от отца, дядиных наличных и стрельбы у стадиона.

Минск у меня особенно ничем не запомнился. Стадион рядом с вокзалом, спокойная обстановка до матча, шифровка и срыв со стадиона за 10 минут до конца матча, чтобы без паспорта не попасть в детприёмник. В Минске я познакомился с фанатом местного «Динамо» Володей (Спирт), а впоследствии я познакомил его с Лёхой Фиксом и у нас сложился треугольник по переписке: «Динамо» Минск - «Спартак» Москва - «Зенит» Ленинград. На выезде в столице Белоруссии побывало 40 человек сине-бело голубого десанта.

Выезд в Москву 11-го мая на «ЦСКА» - «Зенит» был моей незапланированной акцией: накоплений такой минимум, что хватит на дорогу только в одну сторону. Благо, что льготы на проезд действовали до 15-го мая, а ещё надо купить билет на футбол и программку, и всё, - финансовый голяк. Дома наплел, что заночую у бабушки в Красном селе (хорошо, что у неё нет телефона), - и в путь. С Игорем Кассиром договорились ехать туда, как и многие, на электричках. С 17-40 до Малой Вишеры с нами ехали ещё человек 25-30. После прибытия в Вишеру, минут через пять, отправлялась собака (электричка) до Окуловки, пересев на которую тронулись дальше. Контра, уже зная, кто такие фанаты и для чего они едут, обычно старалась проходить дальше, не задерживаясь, но в этот раз один докопался: где билеты? Все ответили, что у старшего. Где старший? Показали на какого-то пьяного гражданского мужика, спящего в углу вагона. Тряхнув его несколько раз, контролёр понял, что его тупо разводят и ушёл ни с чем. В Окуловке электро-вояж прерывался, и до прибытия первых составов из Питера в Москву все разбрелись вдоль платформы. Для вписки опыта тогда у нас было маловато, только теория, и мы с Кассиром, увидев открытую дверь и отсутствие проводника, вписались в вагон. Но вписываться нужно было в плацкартный вагон, а мы, по незнанию такого нюанса, нырнули в купейный, поэтому до столицы пришлось ехать в тамбуре, сидя по очереди на маленькой откидной неудобной скамейке. Проводники, зная, что ревизии у них не будет, обнаружив нас и увидев одетые на нас шарфы, поняли, что с нас ничего не обломится, и, махнув рукой и предупредив, чтобы мы отсюда никуда не уходили, скрылись, а мы спокойно доехали до конечной.

Честно говоря, если бы в Москве не играл «Зенит», я бы туда вообще ни ногой. Город, как какой-то энергетический вампир: из однодневной поездки туда - обратно приезжаешь как выжатый лимон. Бывало, из дальнего выезда возвращаешься менее уставший, чем из златоглавой. Шизовать в Москве по тем временам был большой напряг, флаги с собой туда можно было не брать. Перед началом матча к гостям города подходил старший мент и давай объяснять правила поведения на стадионе: вставать нельзя, крики, прославляющие одни и оскорбляющие другие клубы запрещены, после забитого гола можно сдержанно похлопать. Вот так! Иногда в 80-е, если гражданская одежда по цвету совпадала с цветами играющих в тот день клубов, и ты моложе 20 лет, то на матч тебя могли не пропустить, хоть у тебя пачка билетов. А будешь что-то доказывать, всё: в каталажку (машина милиции) и в отделение.

После бессонной ночи в тамбуре и бессмысленному брожению по грязным улицам Москвы, я наконец-то дождался встречи с Фиксом у метро «Динамо». После тёплых рукопожатий мы, как агенты ЦРУ, обменялись флагами: я ему маленький красный сверток, а он мне большой синий. После чего отправились на трибуну стадиона «Динамо». От того, что меня съедало любопытство посмотреть на развёрнутое знамя, для меня всё проходило как в тумане. Помню, как в наши ряды притёрлись два фаната армейцев (одного из них звали Робот), они уселись за спиной Жени Шляпы и стали его провоцировать до тех пор, пока на этот полуинцидент не обратила внимание милиция и армейцев не вывели с нашего сектора.

Минут за 10 до финального свистка Фикс сказал, что раз у меня нет документов, надо уйти со стадиона вместе с ним. Когда проходили мимо ментов, нас тормознули, спросив, куда мы собрались. Лёха ответил, что мы из Видного и опаздываем на электричку. До этого я убрал в сумку розу, а сумку прикрыл рукой. Сумка в этот раз была небесно- голубого цвета с белой окантовкой. Моя любовь к рисованию спортивных эмблем не могла оставить без внимания такую свободную площадь, а синяя паста из шариковой ручки так и просилась на поверхность для полного сочетания цветов нашего клуба. На одной из сторон сумки я вывел во всю площадь изящную стрелку - эмблему нашего клуба, а внизу - скромную подпись: ЧЕМПИОН! Во время выхода с сектора Фикс сказал мне: « Ты это, Костя, лучше переверни сумку другой стороной , - от греха подальше». Я перевернул её, и на Лёхино обозрение открылась такая картина: на всю поверхность я нарисовал конскую морду, облачённую в шапочку и шарф, раскрашенные красной и синей пастой, плюс соответственный заголовок, - ЦСКА, с полной расшифровкой по буквам (центральный сарай конной армии).

От выхода с сектора до входа в метро нам предстояло пройти через большое количество армейских фанов, поджидавших питерских суппортёров и, конечно, не для рукопожатий. Увидев другую сторону сумки, Лёша предложил вернуть её в обратное положение. Он «спартаковец», да я с такой сумкой, - неплохая наживка. В душе перекрестившись, пошли через неприятеля к метро. Стая голодных волков, прекрасно видя, как мы вышли с гостевого сектора, не посмела прыгнуть на нас, и мы удачно добрались до входа в подземку. Дождавшись наших парней, сопровождаемых ментами, мы распрощались с Лёхой. Он отдал мне все свободные деньги, оставив лишь мелочь себе на дорогу, и мы расстались. Доехав вместе со всеми до вокзала, не встретив по пути ни одного красно-синего бойца, хотя прыжка с их стороны ожидали, купил билет на ночной поезд. Только в вагоне я развернул свёрток. Это был новенький, с иголочки, 2.5 на 1.5 метра, флаг нашего общества, - на тот момент лучший на 33-м секторе.

***
В 82-м году мне ещё дважды довелось побывать в «Чили» (Москва). Упомянув эти поездки, хотелось бы показать, какие неразумные, беспредельные и абсурдные поступки совершали в те годы сотрудники внутренних органов столицы.

В середине августа я вернулся из спортлагеря и созвонился с Игорем Кассиром. От него я узнал, что в Питере отдыхают два спартача, одного из которых, Гену (Чёрного), я знал. Игорюха собирался поехать с ними в Москву, просто так. По большому счёту, мне в городе делать было нечего, и я вписался на поездку за компанию, а заодно сходить на футбол, на матч «Спартак» - «Шахтёр». Мне захотелось посмотреть на самую главную арену страны как бы в действии, но со стороны. От денег, которыми меня снаряжали в лагерь, кое-что осталось, но льготы на билеты ещё не открыли, и переплачивать за транспорт совсем не хотелось, - решили ехать нашару. Поехали по схеме «17.40 до Малой Вишеры-Окуловка-Бологое-Москва». Получилось всё, как доктор прописал.

Погуляв в хорошую погоду по городу, сходили на Красную площадь, сорвали яблок в самом центре страны, в Кремлёвском парке (как нас КГБ не приютило, - загадка), затем поехали в Лужники: время матча подходило. Мы привыкли на Кирова покупать любые билеты, но проходили всегда на свои места. Зная, что фанаты «Спартака» располагаются на трибуне «В» за воротами, мы купили билеты на противоположную «Д», чтобы видеть и матч и тусовку фанатов. Репрессии со стороны ментов были просто жесть, на наших глазах людей выдёргивали ни за что. Выпивший? - в машину милиции, в красном? - туда же, в белом? - за компанию. А если ты в красно-белом, то можешь идти сразу сдаваться сам, добровольно. Громко разговариваешь? - в отделении поговоришь, вот такой триллер. Пока шли от метро до касс, ещё ничего, просто удивлялись, а от касс до стадиона дышали через раз: ментов голубой дивизии больше, чем болельщиков. Зайдя на свой сектор, удивились, что дошли, и что мы не одни.

Я впервые был на такой гигантской арене, и картинка поражала своими размерами. Зрителей, правда, было скудновато для выходного дня и праздника физкультурника. На 105-тысячнике зрителей тысяч 20, а тишина гробовая: слышно, как футболисты матом переругиваются и на скамейке запасных чихают. Козырька в то время не было, а акустика всё равно приличная. Люди в основном по обе стороны поляны, по центру, разбросаны. Только напротив нас, на трибуне «В», пара секторов фанатских заполнена. Фан-сектора без цветов, как кузьмичёвские: ни шарфов, ни знамён, и молчат, как Герасим перед Муму. Мы с Кассиром на трибуне «Д» только минуте на 10-й обнаружили, что в кассах нам впарили (а может, спецом по ментовской разнарядке) билеты на разные места: трибуна, сектор, ряд, - всё одинаковое, а места разные: у меня 356, а у Игоряна 362. На почти пустом секторе, вроде бы, какая разница, ан, нет: ходят менты и билеты сверяют. Ближайшие к нам люди сидели рядов на 5 ниже и рядов на 7 выше. Мы с Кассиком посовещались, посмотрев билеты (а сидели совсем на других местах), пересели на свои и сидели как лопухи поодиночке, через шесть мест друг от друга на пустом ряду, в полупустой чаше стадиона, окружённые вакуумом. Вовремя мы сделали рокировку: минут через пять к нам подтянулся ботаник с детским лицом, но при погонах, и давай сверять наши билеты с местами. Наверное, если б номера на билете и скамейке не совпали, то нас вывели бы со стадиона, а может, посадили в машину - и в отделение, за нарушение правил размещения на стадионе. Смешно? А мне было не до смеха, - холодный пот стекал по спине.

У каждой уважающей себя фан-бригады в своём арсенале, помимо шизовок, имеются хлопки, обращённые своему клубу. Каждый такой атрибут имеет свой код и расшифровку. У нас такие групповые хлопки обозначают 3-6 и расшифровываются, как « Раз, два, три - «Зенитушка», дави!» У фанатов ЦСКА 2-3 переводится: «Армей-цы Москвы!» У фанатов «Динамо» 4-2 : «Динамо Мос-ква!» А если сложить армейские и динамовские вместе (попробуйте), то получится 2-3-4-2 хлопки: «Вот так - только так - атакует - «Спар-так!» У нас в Питере некоторые водители в честь победы «Зенита» продолжают сигналить по-спартаковски, позор!

Когда на трибуне Лужников в полной тишине, под звуки ударов по мячу, как электрический разряд раздался громкий хлопок, и сразу все, кто находился на трибуне «В» молниеносно отреагировали спартаковскими хлопками, - это было неожиданно, значит, первый хлопок был зарядом. Но тут же отреагировала и милиция: целый ряд покинул сектор. Такой же заряд повторился минут через пять, - и такая же реакция со стороны ментов. А когда последовал заряд голосом: « В Союзе…», а фанаты отреагировали громогласно: «Нет ещё – пока – команды – лучше Сп…», то за эту шизовку у них с трибуны вывели процентов 20 болельщиков. Мне подумалось, что ко второму тайму в их рядах никого не останется. Вот под таким гнётом приходилось наблюдать за футболом в Москве в те годы. Хоть матч получился весёлый - 3:2, а атмосфера грустная.

***
В первых числах октября в Ленинград на выезд приехали фанаты днепропетровского «Днепра». Накануне матча основных составов, как и сейчас, проводился матч дублёров. Основными аренами, где проводились такие игры, были запасное поле стадиона Кирова и стадион Ленина (Петровский). На запаске Кирова нет трибун, - просто обнесённая забором территория и скамейки, разбросанные в разных местах. На такие площадки покупать билеты сложнее, чем пролезть снизу забора или перелезть сверху. Матч дублёров «Зенита» и «Днепра» проводился на стадионе Ленина. На такие игры собиралось всего несколько десятков человек, а где и во сколько состоится матч, можно было узнать только из газеты «Спортивная неделя Ленинграда». Из фанатов на игры приходило человек 10-15, ни о какой шизе на таких матчах даже не думали, мы просто общались между собой. Смотрели кто как играет из ближнего резерва, а если кого-то меняли не по травме, а по хорошей игре, - это означало на 90%, что этот игрок выйдет завтра играть за основу. Очень часто на такие матчи приезжали игроки основного состава, а костяк команды составляли воспитанники питерских школ. Можно было подойти пообщаться, вернуть деньги, занятые на выезде; да просто домашняя обстановка, поэтому я пытался не пропускать матчи дублёров. Но проникать на такие левые арены по билетам, даже имея свободные деньги, я не собирался. Милиция посещала такие мероприятия только по большим праздникам, а мы находили всевозможные пути проникновения без препятствий и билетов.

Следуя в вагоне метро на матч дублёров с «Днепром», я обратил внимание на двух парней, которые пристально рассматривали меня и о чём-то переговаривались. Ещё через перегон они подсели ко мне со словами: « Мы знаем, ты Кастет!». Вот так и познакомились: они тоже живут в Купчино, и если Володя (Дзюдо) на фанатском секторе пробыл не так долго, то Павел Коропальцев (Чипполино) многие годы ходит на фан- трибуну, и не только в нашем городе! Добравшись до стадиона, парни потянули меня к кассам, у которых находилось 2-3 человека, за билетами. Покупка квитков на матч дублёров не входила в мои планы (тем более, что я знал халявный путь на трибуну): деньги лучше тратить на выезде за «Зенит». Парни послушались меня и пошли за мной.

Для прохода на трибуны открывали только двое ворот на центральных секторах с обеих сторон поляны. Мы, конечно, разводили бабушек-билетёрш на входах и обычно проходили там. Но в тот день я выбрал путь сложнее. Со мной были двое неопытных в таких делах. Подойдя к 13-му сектору, мы поднялись к воротам, которые, естественно, были закрыты на замок. 13-й, как и в настоящее время, так и в прошлом, благосклонно относился к фанатам. Он был единственным сектором, на котором расстояние между верхом решётки и сводом арки на входе позволяло перелезть даже такому габаритному человеку, как я. Парни последовали за мной, - и мы дома. Пройдя по пустым рядам к центру, подсели к нашим фанатам, которых я уже хорошо знал.

Во время игры увидели среди других болельщиков мужика лет под 25, довольно упитанного и крепкого в плечах, со здоровой шеей, на которой висела тряпичная красно-синяя роза. Я был шокирован: что «конь», болельщик ЦСКА, делает в Питере, не шифруясь, на матче посторонних ему команд? Но оказалось, всё просто: это был не москаль, а днепропетровец. И был он на этом матче к месту, приехал на день раньше срока игры основных составов. Мы с Вадиком Маркизом, Колей Беломором и Васей Петрухой засыпали его вопросами, на которые он правдиво отвечал. У них в Днепропетровске зародилось фан-движение, а к ним на выезд приезжали фанаты ЦСКА и объявили, что все истинные фанаты должны дружить с ними и ходить в красно- синей атрибутике, а других приезжих фанов - гасить и обувать. Обуть чужого фана - это означало лишить человека атрибутики его клуба, чтобы он не мог достойно поддерживать свой клуб.

Атрибутику с клубной символикой или цветовой гаммой достать было очень сложно, и изготовление кустарным способом - трудоёмкий процесс. А потеря своего знака отличия оборачивалась ещё и большой моральной травмой. В те времена лежачих, если их уже завалили, не добивали. Разборки происходили чисто на кулаках, без подручных средств. И если неприятель прокричит оскорбительный лозунг в адрес своего клуба или хвалу во славу вражеского, то он считался поверженным. Затем шло лишение его всех атрибутов (обувание), и он отпускался на все четыре стороны.

Вася (таково было имя, оно же прозвище, днепрянина), легко поддавался перезагрузке. А так как он являлся лидером в рядах своих единомышленников, то информация, загруженная в Васю (смекнули мы) достигнет цели. Мы объяснили гостю Питера, что их клуб, как и наш, принадлежит ДСО (добровольному спортивному обществу) «Зенит», и атрибуты фаната должны соответствовать цветам знамени. А так как у «Днепра» нет своего знамени, надо пользоваться флагом общества. Для наглядности мы указали Василию на табло стадиона, где во время матча всегда вывешивались флаги спортивных обществ, участвующих в игре команд. В тот день с обеих сторон табло развевалось два зенитовских знамени. Васе слили и остальную информацию: компру про «коней» и о взаимоотношениях среди фан-клубов. ( Впоследствии днепряне отторгли дружбу и с «мясом» и с «конями», объявив войну всем московским фан-клубам). Так зародилась дружеская связь с украинским фан-движением ФК «Днепр» Днепропетровск. Цветовую гамму своей атрибутики они выбрали, как у нас, сине-бело-голубую.

***
Перед двумя последними турами в Москве, со «Спартаком» и «Динамо», большая часть питерских фанов отдала предпочтение первому матчу. Но умер генсек Л. И. Брежнев, и все развлекательные мероприятия были перенесены на тройку дней. Небольшая часть наших фанов поехала в столицу по срокам купленных билетов и стала в Москве поджидать дату переноса игры. А огромное количество желающих посетить матч «Зенита» направилось в кассы возврата сдавать билеты. Я тоже вернул билет в кассы, но к сроку переноса прибыл в столицу.

В том году, впервые в своей истории, к золоту стремилось минское «Динамо». Ситуация сложилась такая, что на одном стадионе ЛФК ЦСКА, с небольшим перерывом, проводилось два матча. Перед нашим матчем со «Спартаком» играли динамовцы Москвы и Минска. Тусовка обещала быть интересной: сбор четырёх фан-движений в одном месте - интригующее зрелище. Динамики Москвы, много минчан, спартачи и нас (из-за похорон) мизер, но ментов, как грязи. Чтобы приблизиться к арене, надо было пройти от самого Ленинградского проспекта множество кордонов с билетным и фэйс-контролем. Когда я стал просачиваться к арене, на третьем или четвёртом кордоне у меня изъяли тикет и просто разорвали, ничего не объясняя. Проводили к коридору, предназначенному для выхода со стадиона, и всё - давай домой. Покупая билеты утром, я приобрёл два - для себя и товарища, с которым так и не встретился. Пришлось воспользоваться второй попыткой, но с другой стороны сооружения. Практически преодолев всех стоячих полицейских, мне оставалось проникнуть внутрь, но передо мной опять включили красный свет по той же схеме с отъёмом и разрыванием билета. Мне так и не удалось проникнуть на тот матч.

Единственным плюсом на выезде была встреча с Фиксом и Спиртом из Минска. Втроём, по совместной переписке, нам вместе пересекаться больше не удалось. Вот так: за свою фанатскую карьеру мне удалось побывать на всех футбольных аренах столицы, кроме ЛФК ЦСКА. Не фарт!

Оглавление